(Окончание. Начало в N 8 за 2000 г.)

Неведомая траектория военных судеб

Пути Господни неисповедимы. Тем паче непредсказуема боевая фортуна. В этом мире все мы - ведущие или ведомые. И полет нашей жизни точно так же включает в себя и набор высоты, и высший пилотаж...

Изобразить политическую траекторию судьбы любого государственного деятеля - слишком сложная и обширная задача. Нас, авторов, интересовала именно военная биография президента Египта. В особенности те неизвестные страницы, которые неразрывно связаны с летописью как арабского, так и советского государств.

В небесах мы сражались одних....

"Наше военное присутствие здесь с конца 60-х до начала 70-х сыграло большую роль в поддержке борьбы за независимость дружественного Египта и народов других арабских стран". Таким выводом открывается содержательная книга "Гриф "секретно " снят" - об участии советских воинов в арабо-израильском конфликте. В.М. Виноградов (в ту пору - Чрезвычайный и Полномочный посол СССР в АРЕ. заместитель министра иностранных дел РСФСР) по достоинству оценивает заслуги российских военспецов. Они находились во всех армейских структурах - от мелких подразделений до высшего командования.

В 1970 году начальнику штаба ВВС АРЕ М.Х. Мубараку представили нового военного советника - прибывшего из Москвы генерал-майора авиации.

- Почему выбор пол на меня? - переспрашивает ныне генерал-лейтенант в отставке П.А. Загайный. - Кандидатура рассматривалась в Генштабе. Разумеется, учли то, что по сути я занимал равнозначную должность - являлся начальником, штаба воздушной армии, дислоцированной в Польше. Следовательно, знал не понаслышке все функции оперативного объединения. С тем же объемом задач и предстояло столкнуться.

Глубокую симпатию вызвал у меня генерал Мубарак. при первом же знакомстве. Приветливость, дружелюбие, внимательность делали эту личность особенно притягательной. Одаренный многими талантами, настоящий военачальник по виду и качествам, он никогда не корчил из себя важную персону и, говорят, с тех пор не изменился. У нас с ним установились не просто деловые, а самые добрые отношения. С глазу на глаз я обращался к нему со словом "товарищ". В присутствии подчиненных называл официально "господин Мубарак ".

Мне довелось сопровождать его во всех поездках по гарнизонам. Казалось, он только и ждал момента, чтобы отложить кабинетную рутину и оказаться в родной стихии. Между прочим, он умел управлять многими типами самолетов и вертолетов. Едва мы поднимались в небо, он садился за летчика, а меня приглашал на соседнее кресло. И так мы летели над оазисами и пустынями, и он просвещал меня получше всякого гида.

Нередко обстановка располагала к задушевным разговорам. Он расспрашивал меня о сражениях Великой Отечественной войны - я бил врага на пикирующем бомбардировщике Пе-2. Без перерывов летал всю войну - с лейтенанта до майора. И ему пришлось хлебнуть боевого лиха. Летчики, крещенные огнем, всегда друг друга поймут...

Не нова мысль о схожести исторических судеб народов. 22 июня 1941-го коршунами налетевшие гитлеровские эскадры разбомбили многие наши аэродромы - авиация Красной Армии понесла большие потери. Столь же вероломный и внезапный израильский блицкриг (грянувший в четыре утра 5 июня 1967-го) сокрушил египетскую оборону - 400 самолетов сгорели. Захват соседних территорий проводился под фашистским лозунгом борьбы за жизненное пространство ("Израильтянин, твоя родина - от Нила до Евфрата"). "Ничего, - успокаивали себя арабы. - Будет и у нас свой Сталинград". И пусть до столь крупномасштабной битвы дело не дошло - в 1973-м они все-таки осуществили наступление, подобное знаменитым красноармейским прорывам. Но не станем забегать вперед.

Еще в 1957-м, в начале своего президентства, профессиональный военный Гамаль Абдель Насер направил первую группу офицеров на учебу в СССР. Родной брат Насера осваивал Ми Г-15 на аэродроме киргизского поселка Кант.

В 1962-м мастерство арабских воинов, дипломированных в Союзе, испытала гражданская война в Северном Йемене. Добровольцы- интернационалисты, в том числе и Мубарак, участвовали в боях (как мы в Испании когда-то). А спустя пять лет заполыхал их отчий край. Потери армии составили 10 тысяч убитыми. Аналитики пришли к выводу: только одна тысяча солдат погибла на поле боя. Остальные - в результате бездарных действий командующего египетскими вооруженными силами маршала Амера. На второй день "шестидневной войны", 6 июня 1967 года, маршал отдал приказ отступить на другой берег Суэцкого канала, оставив позиции и оружие. Жертвами паники пали тысячи.

Побежденных не оставили в беде. Не замедлил выплеснуться "девятый вал поставок военной техники советского производства... Новый приток специалистов, по оценкам Запада, достиг 2500... Самолеты, появившиеся над Каиром, выглядели, как океанские акулы! Громадные, никого не боящиеся, они шли на посадку с интервалом в три минуты. Первым самолетом управлял подполковник Владимир Степанович Никитин ". Цитата взята из монографии "Египет нашего времени". В ней известный ученый-арабист А.З. Егорин приводит массу любопытных фактов и личных впечатлений.

Сила, пришедшая на выручку и замаскированная под "визиты вежливости", действительно никого не боялись. Бригада больших ракетных кораблей Балтийского флота с флагманским крейсером "Октябрьская революция". Дивизия ПВО во главе с генерал-лейтенантом А. Г. Смирновым. Авиагруппа, состоящая из ста первоклассных летчиков и 70 самолетов.

Суэц превратился в пробный камень. С зимы 1969 года не прекращалась так называемая "война на истощение". Каждая сторона не давала покоя противнику, стремясь всемерно его обескровить. Египетская артиллерия обстреливала оккупантов, засевших на Синае. А те в отместку без разбору бомбили с воздуха населенные пункты. Никто в мире не обманывался на сей счет: это друг друга "пробуют на зуб" Соединенные Штаты и Советский Союз.

К 1970 году самолетный парк Египта был не только восстановлен, но и увеличен. Вместе с пополнением Су-17, Ил-28, Ту-16 прибавлялся и персонал. Гости не жалели сил, ставя в крылатый строй хозяев. В этом плане почти любая эскадрилья (в подражание "Нормандии-Неман") по праву могла бы носить наименование "Каир-Москва" или "Нил-Волга". Сгодилась бы для титула и малоизвестная река Чу, на которой стоит Токмак - колыбель многих авиаторов. Да только другие, более важные заботы целиком поглощали посланных в загранкомандировку. Генерал П.А. Загайный рассказывает:

стр. 69

- Учебу старались максимально приблизить к боевым условиям. Ведь Египет находился в состоянии войны. На полигонах регулярно проводились летные тренировки с практическим бомбометанием. Готовили мы и эффективные контрмеры против вражеских налетов. Израильские стервятники пересекали Суэцкий канал на предельно малой высоте, а нанеся удар, резко взмывали вверх и безнаказанно уходили на свою территорию. Сия наглость сходила им с рук - до поры до времени, В противовес мы выработали для своих крылатых ракетоносцев совершенно неожиданную тактику, применяя, в зависимости от ситуации, оптимальный вариант атаки. Незваные гости с шестиконечными звездами на фюзеляжах перестали хозяйничать в чужом небе.

Первый самолет "Скайхок" был сбит парой Крапивин - Сальник 22 июня 1970 года. Мы утерли нос даже опытнейшим пилотам-израильтянам - стреляным во Вьетнаме птицам из американского "гнезда". Голубоглазые парни заставили их задуматься; а стоит ли продолжать войну?

Исподволь готовили мы войска к проведению крупной наступательной операции. В конечном счете в октябре 1973-го египтяне провели успешную военную кампанию. Они захватили плацдармы на восточном берегу и частично вернули утраченные территории. Тем самым "арабы перешагнули через унизительный разгром 1967 года", сбили спесь у оккупантов, добыли ключи для политических договоренностей (Кэмп- Дэвидские соглашения). И хотя преемник Насера Анвар Садат резко переориентировался на Запад, наше незримое присутствие ощущалось во всем - и в сокрушительной мощи русского оружия, и в искусстве владения им по-русски. С предельной ясностью отозвался о тех событиях первый заместитель министра обороны генерал-майор Али Хафази, выпускник Академии имени Фрунзе 1968 года; "Одной из основ победы в войне 1973 года явилось то, что советская боевая техника оказалась лучше американской, а второй - то, что русские специалисты научили арабских воинов владеть этой техникой ".

В своих мемуарах "Путь Египта в Иерусалим" Бутрос Гали пишет; "Боевой главком ВВС Мубарак был героем войны. Он командовал военными летчиками в первом воздушном бою, позволившем в 1973 году египетской армии форсировать Суэцкий канал и разрушить линию обороны Бар-Лева ".

Пилотаж - он и в Африке пилотаж

Вглядываясь в героя журнального очерка, следовало бы, бесспорно, прежде отобразить не менее важный этап его жизненного пути. Ведь в официальной биографии Мубарака значится: неоднократно выезжал в СССР, где проходил летную переподготовку. Командовал эскадрильей бомбардировщиков Ту-16, затем - авиабригадой, высшее военное образование получил в Академии имени Фрунзе в 1964 году. Как ни досадно, этот период выпадает из нашего повествования. Все старания углубиться в детали окончились впустую. И проще всего упрекнуть современников в равнодушии к прошлому. Не прошли даром потрясения, выпавшие на долю России и ее вооруженных защитников в последнее десятилетие. Пертурбации с сокращением и объединением армейских вузов привели к текучести кадров, нарушению преемственности и частичной утрате архивных материалов. И все же не удержимся от укора. Негоже нам пренебрегать тем, что работает на авторитет российской военной школы. Ничто не мешает восстановить (и поместить на видном месте в учебных заведениях) даты и имена знаменитых птенцов русского "гнезда" - иностранных питомцев нашей альма-матер. Нам кажется, была упущена прекрасная возможность - в ходе визита президента Египта в 1997 году пригласить его выступить перед слушателями не чужой ему академии. Это могло бы стать событием.

Тем более что Мохамед Хосни Мубарак прекрасно говорит по-русски. Общаться с ним было бы вдвойне легко.

- Случалось, во время переговоров он запросто переходил на русский язык, - вспоминает начало 70-х бывший переводчик при штабе 3-й полевой армии подполковник запаса Владимир Румянцев. - Один раз меня в конфуз привел. Шла непринужденная беседа, а я переводил. Испытывал мандраж - всего-навсего стажером был после 3-го курса Военного института языков. А Мубарак меня одобрял, кивая головой. Отвечая на вопросы о семье и шутливо аттестуя одного из сыновей, он употребил простонародное выражение. Я запнулся, стремясь подобрать наиболее подходящее словечко. "Чертенок?" - вопросительно глянул на Мубарака, "Скорее шалопай", - с улыбкой уточнил он на чистом русском.

Показательную аналогию (в цитированном сборнике) проводит В. В. Захаров, который выполнял интернациональный долг, будучи командиром зенитно-ракетной батареи. В то время как наши офицеры и солдаты затвердили пару десятков местных слов, их соратники-арабы поразительно быстро овладели разговорным русским языком. С полуслова понимали советского комбата арабские планшетисты, Каково же было его удивление, когда спустя короткий срок он увидел одного из них уже в качестве... переводчика, сопровождающего министра обороны.

Однако даже в золотую пору русско-арабского боевого

стр. 70

побратимства мы не всегда находили общий язык. Больших трудов стоило переломить пораженческие настроения определенной части здешнего офицерства, развеять миф о невозможности противостоять израильской рати, подпираемой мощными США. Например, понадобились показные учения, чтобы тогдашний президент Анвар Садат и руководство военного министерства перестали пенять на якобы неэффективность образцов поставляемой советской техники.

Вместе с тем мы не слишком вникали в тонкости тамошней жизни. Подчас нам вредила готовность выставить себя наружу, козырнуть рабоче-крестьянским происхождением. Сомнительно, чтобы однозначное одобрение присутствующих вызвала следующая сценка на переднем крае обороны. Прибывшему во главе советских экспертов Маршалу Советского Союза М.В. Захарову очень не понравились кое-как оборудованные позиции. Выхватив у египетского солдата саперную лопату, маршал, не взирая на 40-градусную жару, собственноручно вырыл окоп полного профиля. О пагубных последствиях подобной простоты поведал наш собеседник П.А. Загайный. "Навестив советского товарища, какой-то египетский офицер диву дался, увидев, как тот лично моет полы. Он поставил в известность свое командование, категорично заявив: нет, такой напарник мне не нужен, это - уборщик, а не военный советник. И пришлось бедолагу откомандировать в Союз ".

Конечно, в чужую мечеть со своим уставом не ходят. Тем не менее мы привезли с собой боевые уставы и наставления, перевели их на арабский язык. Эти нормы службы порой неохотно принимались жителями оазисов и пустынь.

Рамадан - месяц священного поста мусульман. Коран разрешает пить и есть лишь после захода солнца (когда неверные спят). Яснее ясного, что такое изнурение неприемлемо для властителей... сверхзвуковых самолетов, То, что нам казалось пережитком, становилось серьезной проблемой. Как она решалась, свидетельствует генерал Загайный.

- В эту пору генерал Мубарак не оставлял без внимания ни одного аэродрома. Прежде всего его интересовало, соблюдает ли летный состав установленный режим питания - три раза в день, "Этот грех Аллах берет на себя, ибо мы, защитники неба, у него на особом счету ", - убеждал он несогласных. И спешил лично поправить дело, когда его ставили в известность, что у такого-то комбрига подчиненные нарушают приказ командующего ВВС. То есть и полеты не пропускают, и строгий пост блюдут. При мне Мубарак вызвал одного пилота, ярого приверженца ислама. Сказал ему: "Пусть гнев Аллаха падет на меня, но вы должны кушать!" Солдат принес поднос с тремя блюдами. Никакие отговорки не принимались. Генерал не успокоился, пока офицер на его глазах не съел весь обед.

Влияние советнического аппарата заметно отразилось на всем укладе армейской жизни. Мы организовали питание рядового состава по отечественному образцу. Выделили котелки и ложки, наладили регулярный прием пищи. До нас египетские солдаты о своем прокорме заботились сами, и зачастую их рацион состоял из лепешек. Изменились и взаимоотношения между начальниками и низшими чинами. Прежде процветало рукоприкладство: провинившегося бойца хлестали по щекам, а то и били палкой. С нашей подачи президент А. Садат издал приказ о запрещении физического наказания.

Медленно, но верно изживали мы и парадность (нынче, увы, свойственную и Российской армии). Арабские пилоты блистали на демонстрационных полетах, похвалялись удалью, иногда даже нарушая меры безопасности. Наряду с тем не обременяли себя знаниями матчасти, особенно сыновья состоятельных родителей. На совести господ в белых перчатках не один загубленный самолет. Когда предстоял боевой вылет, новичков и даже иных "стариков" главным образом заботило, достаточно ли надежна ... катапульта.

- Мубарак, человек деятельный, чурался помпезности, С ним легко было решать все текущие вопросы. Мне по-доброму завидовали. Ведь кое-кто из наших не без оснований жаловался на своенравие "подсоветных ". Однажды в штаб ВВС обратился мой давний приятель, являвшийся советником командира истребительно- бомбардировочной бригады. Полковник Геннадий Белоненко с тревогой рассказал о размолвке с комбригом. Сыр-бор разгорелся вот из-за чего. После какого-то визита корабль с президентом Садатом на борту взял курс к родным берегам. Тут-то комбрига и осенила идея; немедленно отрядить самолетный эскорт, чтобы приятно удивить верховного главнокомандующего. Полковник не имел ничего против торжественной встречи президента неподалеку от базы. И неразумным считал наобум посылать самолеты далеко в море. Запаса топлива могло не хватить, эффектный жест обернулся бы трагедией. Внимательно выслушав эти соображения, Мубарак отменил готовящийся "сюрприз ".

Таких военачальников любят - за штабную культуру и отсутствие всяких амбиций. На тактических летучках и тренировках на картах он умел создать непринужденную творческую атмосферу. Вникал в самые сложные вопросы, не боясь прослыть непонятливым или уронить себя в глазах сослуживцев. И становилось ясно, почему у него столь развито оперативно-тактическое мышление.

стр. 71

Крылья страны пирамид

Открывая незнакомый арабский мир, военные советники имели возможность почерпнуть для себя немало поучительного. Генералу Загайному понравилось, как проводится инспекция в египетской армии. Наши проверяющие не слишком церемонятся с подчиненными. Приедет какой-нибудь верхогляд-горлохват и, толком не вникнув в положение дел, начинает с разносов, вызывает командира на ковер...

- Здесь тоже вызывают на ковер, только в буквальном смысле - усаживают, угощают чаем или кофе. Идет неторопливый, степенный разговор о проблемах подразделения, о том, как справиться с ними общими усилиями... Сколько раз, наблюдая беседы My барака с офицерами, я думал: не худо бы и нам перенять такую методику. Такт, умение выслушать чужое мнение - и никакой нервотрепки, взвинченности, дерганья по пустякам. Скромная трапеза, фрукты, сладости - и никаких возлияний. А ведь у нас, не секрет, иной раз застольями и подношениями покупается хорошая оценка. Нам бы позаимствовать у них сухой закон, соблюдаемый в армии отнюдь не по принуждению. Бывал я на многих днях рождения: стол заставлен - и ни одной бутылки спиртного. А им даже не верилось, что есть русские, которые "потребляют " умеренно, а то и вообще не пьют. Вдали от Родины я острее чувствовал, как много у нас в быту еще нелепого и ненужного, не красящего моих сограждан, не делающего их сильнее...

Нельзя было не обратить внимания и на то, что офицеры, независимо от возраста и чина, любую свободную минуту посвящают спорту. Генералы превращались в мальчишек, играя в сквош (разновидность русской лапты). Мубарак задавал тон в спартанском образе жизни. Немаловажен штрих: президент Египта не менял местожительства с тех пор, как, будучи авиационным генералом, построил на собственные деньги скромный особняк в пригороде Каира. Пример, достойный подражания! По-прежнему Мубарака выгодно отличает от многих непоказная внимательность к людям - ценнейшая черта руководителя.

- Когда я в первый раз собрался в отпуск, - продолжает Загайный, - он вручил мне объемистый пакет. Там были разные сувениры и красивая ткань - отрез на костюм. "Без подарков домой не ездят!" - твердил товарищ Мубарак, не принимая никаких возражений. Узнав, что мы с супругой купили билеты на пароход, выделил нам персональную машину - добраться из Каира в порт Александрия. Личный шофер начштаба с комфортом домчал нас до места. Здесь я повстречал другого отпускника. И этот генерал - военный советник командующего ПВО Египта - пожаловался на духоту и тесноту рейсового автобуса, на котором приехал с женой.

Нечего и доказывать, что забота окрыляет, особенно на чужой земле. Еще в первой совместной командировке я сполна ощутил любезность и предупредительность Мубарака. Его срочно вызвали в Каир, а меня задерживали дела в гарнизоне. Я побывал в эскадрильях, переговорил с нашими летчиками об их житье-бытье. В середине дня ко мне прибегает посыльный и сообщает через переводчика: "Вас приглашают на обед". Вроде бы ничего удивительного: у нас на самом захудалом военном аэродроме приезжего покормят - будь здоров. А у них в привычном понимании не существует столовой для летного состава. Назначается ответственный за питание, пилоты сдают ему деньги, он закупает продукты и готовит на строго определенное число лиц. В таком же положении находились и советские офицеры. Я принял приглашение начальника гарнизона, и он признался, что лично от Мубарака получил указание попотчевать меня. Отдал должное я и умению держать слово: точно в обещанный час он прислал за мной самолет.

На приемах официанты обычно разносили виски с содовой. Причем вода добавлялась по вкусу, а заранее налитое спиртное едва заполняло треть рюмки. Мубарак. не зря прошел советскую школу. Видя, как кривится иной наш брат-офицер, он брал с подноса три рюмки, их содержимое сливал в одну и тогда предлагал выпить "по русскому варианту". Сам он воздерживался от спиртного. И я даже помню, с какого времени он окончательно стал трезвенником.

В тот раз он заставил меня изрядно поволноваться. Прихожу в штаб - его нет. Проходит день, другой - никто не может мне ответить, куда он подевался. Приболел, что ли? Хотя это маловероятно для мужчины в расцвете лет, атлетически сложенного, увлекающего" спортом. Я даже получил нагоняй от главного военного советника. Время-то тревожное, все возможно - и заговор, и похищение. Вот почему, когда Мубарак объявился, я бросился к нему с распростертыми объятиями. Глаза его сияли. Он отправил адъютанта с каким-то поручением, и в кабинете мы остались вдвоем.

- Знаете, где я был ?

- Догадываюсь, - улыбнулся я.

- Нет, не то, что вы подумали. Я совершил хаджж - паломничество в Мекку. Грехи отмаливал. Там все равны - что генерал, что торговец, что феллах. Мы облачились одинаково - в голобею (традиционное одеяние) и молились день и ночь. Физически тяжело, зато душевный подъем - непередаваемый!

Павел Алексеевич в числе первых поздравил Мохамеда Хосни с назначением его командующим египетскими ВВС, заместителем министра обороны и одновременно с присвоением звания вице- маршала. О выдвижении его на вышестоящую должность ходатайствовал и советнический аппарат. И впрямь: лучшей кандидатуры нельзя было и придумать.

- Два года мне посчастливилось служить вместе с этим ярким, незаурядным военачальником, - подытоживает генерал П.А. Загайный. - Бывал с ним в разных ситуациях, в будни и праздники. Видел его в форме, во фраке, в национальной одежде. Он по-прежнему у меня перед глазами - за штурвалом самолета, с указкой у карты, докладывающий свое решение, в кругу соратников, с обожанием глядящих на него. Таким бы я и посоветовал его изобразить, если бы понадобилось с моих слов нарисовать его портрет.

В хронологии "Арабский Восток: исторические факты и выдающиеся личности" (составитель - Е.М. Савичева) о М.Х. Мубараке сказано так: "На всех занимаемых постах являл собой образец самодисциплины, работоспособности, самоотверженности, демонстрировал скромный и деловой стиль руководства, осторожность и в то же время решительность и хладнокровие в принятии решений". Согласитесь, что невозможно отличить: политическая это характеристика или боевая? Невольно приходит на ум: одинаково высокие качества должны быть присущи как военачальнику, так и государственному деятелю, особенно находящимся на вершине власти. Очень даже неплохо для государства, если за штурвалом его находится человек, "поднаторелый" в управлении сверхзвуковыми боевыми самолетами.

И наконец, прежде чем поставить точку, просветим читателя насчет того, что Мубарак переводится как благословенный. Смеем надеяться: эпоха нашего боевого побратимства счастливо повлияла на многие судьбы. Председатель ассоциации египетско-российского сотрудничества Ф. Сурур, вспомнив, как мы сражались в едином строю, подчеркнул: "Дружба - понятие стратегическое". Покажите нам того, кто мыслил бы иначе!

Permanent link to this publication: