Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: COM-416
Author(s) of the publication: С. П. ПЕРЕГУДОВ

share the publication with friends & colleagues

(НАЧАЛО 1970-х - ПЕРВАЯ ПОЛОВИНА 1980-х ГОДОВ)

На рубеже 60-х и 70-х годов на политической арене Великобритании начались изменения, приведшие к существенному нарушению сложившейся в послевоенный период модели внутриполитического развития, стереотипов политического поведения масс. Существовавшее в течение многих лет согласие между двумя главными партиями по коренным вопросам внешней и внутренней политики начало уступать место все более заметному обострению межпартийной борьбы. Процесс поляризации основных политических сил сопровождался резкими колебаниями в симпатиях и антипатиях избирателя, появлением новой, центристской группировки на политической арене страны. Одновременно, вследствие кризиса традиционного британского реформизма, ось внутриполитического развития Англии заметно сместилась вправо. Что же лежало в основе столь существенных изменений и в чем конкретно они проявлялись?

Несмотря на все усилия правящих кругов преодолеть становившееся хроническим отставание британской экономики от экономики большинства других стран развитого капитализма, оно продолжало усугубляться. Не дали ожидаемого эффекта и попытки сначала консервативного, а затем лейбористского правительств 60-х годов ввести элементы государственно-монополистического планирования и программирования, использовать государственное вмешательство для ускорения научно-технического прогресса и экономического роста. Доля Великобритании в промышленном производстве капиталистического мира продолжала неуклонно сокращаться: с 11,6% в 1950 г. до 9,3% в 1960 г., 8,3% в 1965 г. и 7,1% в 1970 году1 . Среднегодовой темп роста валового национального продукта снизился с 3,2% в 1958 - 1961 гг. до 2,2% в 1965 - 1970 гг.2 и был значительно ниже, чем в других капиталистических странах. Соответственно уменьшились и темпы прироста доходов населения, выплат по социальному страхованию. К концу 70-х - началу 80-х годов уровень жизни в Великобритании был на 20 - 25% ниже, чем во Франции и ФРГ, и составлял 92% от среднезападноевропейского3.

Прямым следствием подобного рода застойных явлений в экономике явилось усиление социальной напряженности, рост забастовочной борьбы. Если в течение большей части 60-х годов количество потерянных в результате забастовок рабочих дней составляло в среднем около


1 Великобритания. М. 1972, с. 17. Подробнее об этом см.: Хесин Е. С. Англия в экономике современного капитализма. М. 1979; Gamble A. Britain in Decline. Lnd. 1981.

2 Великобритания, с. 25.

3 The Times, 8.X.1983, p. 3.

стр. 50


3 млн., то уже в 1969 г. эта цифра подскочила до 6,8 млн., в 1970 г. - до 10,97, а в 1971 г. - до 13,2 миллиона4 . Одновременно происходило довольно резкое полевение ряда влиятельных профсоюзов, укреплялось левое крыло в лейбористской партии. Отражением этих сдвигов было принятие ею новой программы, которая, по общему признанию, явилась самым радикальным документом партии за послевоенный период. В программе, в частности, ставилась цель добиться "фундаментальных и необратимых сдвигов в распределении власти и богатства в пользу трудящихся и их семей"5 , намечались меры по существенному ограничению свободы действий монополистических корпораций и установлению контроля над ними со стороны государства и общественности.

Не менее серьезные и далеко идущие изменения произошли с конца 60-х годов и на противоположном фланге социально-политического спектра Великобритании. Разочаровавшиеся в попытках умерить притязания масс путем сговора с правым профсоюзным руководством влиятельные буржуазные круги и их политические представители стали все решительнее склоняться к иным, более жестким методам управления. Еще в 1967 г. партией консерваторов был разработан документ "Справедливые отношения на работе", в котором предлагалось осуществить законодательство, нацеленное на ограничение прав профсоюзов на предприятии и ставящее серьезные препятствия для ведения забастовочной борьбы. Одновременно и в этом и в ряде последующих документов партии, выступлениях ее лидеров все решительнее делался акцент на необходимость пересмотра всей основанной на реформизме философии послевоенного британского консерватизма, на "возрождение" принципов "свободного предпринимательства", индивидуализма, конкуренции, уменьшение регулирующей роли государства в социально-экономической сфере и соответственно сокращение государственных затрат на социальные нужды, снижение прямого налогообложения и другие меры6 . Именно с такого рода установками, нацеленными на укрепление "предпринимательской власти", повышение дисциплины и "усердия" на рабочем месте, экономию на социальных расходах государства, шли консерваторы на выборы 1970 г., и победа на них рассматривалась ими как своего рода мандат на осуществление нового подхода. В сфере экономической его целью было добиться повышения производительности труда, роста конкурентоспособности английских товаров и укрепления позиций страны в мировом капиталистическом хозяйстве.. В сфере социально-политической он был призван привести к упрочению власти буржуазии вообще, и крупного капитала в частности, к снижению влияния рабочего и профсоюзного движения.

Последующее развитие обеих главных партий Великобритании, однако, пошло гораздо более сложными путями, чем те, которые были намечены ими в конце 60-х - начале 70-х годов. После принятия ряда мер в плане реализации своей избирательной программы консервативное правительство Э. Хита уже спустя полтора года после прихода к власти в 1970 г. сделало поворот на 180° и вернулось к прежним кейнсианским методам государственного регулирования экономики. Не проявило оно последовательности и в другой важной сфере политики - сфере "отношений в промышленности". Оказавшись не в силах сломить сопротивление профсоюзов своим попыткам провести в жизнь утвержденный парламентом антипрофсоюзный закон7 , оно сделало


4 Великобритания, с. 318.

5 Labour Programme for Britain. Lnd. 1973, p. 7.

6 См. Garable A. The Conservative Nation. Lnd. 1974, pp. 92 - 130.

7 Подробно об этом см.: Положение и борьба британского рабочего класса. М. 1974, с. 56 - 70.

стр. 51


упор на налаживание трехстороннего сотрудничества бизнеса, профсоюзов н государства на неокорпоративной основе. Правда, это не помешало ему пойти на решительные столкновения с профсоюзом горняков, забастовка которых фактически парализовала экономическую жизнь страны и вынудила Э. Хита назначить на конец февраля 1974 г. досрочные парламентские выборы, в ходе которых его правительство, как известно, потерпело поражение8 .

Столь же далекой от последовательности оказалась и политика пришедших к власти лейбористов. Проведя вначале ряд законодательных актов в интересах трудящихся и отменив антипрофсоюзный закон консерваторов, правительство Г. Вильсона, по существу, отказалось от проведения требований программы 1973 г., касающихся контроля над крупными корпорациями и осуществления нацеленного на ускоренный экономический рост государственного регулирования. Заключенный же с профсоюзами "социальный контракт" стал во все большей мере использоваться в целях замораживания заработной платы, и не случайно, что уже спустя три года Британский конгресс тред- юнионов (БКТ) фактически дезавуировал его.

Таким образом, по крайней мере на поверхности все вернулось на "круги своя", поскольку как консерваторы, так и лейбористы оказались не в состоянии реализовать тот новый подход, который был ими сформулирован, когда они находились в оппозиции. И тем не менее сдвиги в позициях двух главных партий не прошли бесследно и для общей расстановки политических сил в стране и для ее партийно-политической системы. Разочарованный в своих ожиданиях избиратель стал с все большим скептицизмом относиться к тому, что обещали эти партии и их лидеры. Кроме того, многих англичан, воспитанных в традициях политической умеренности, начали шокировать те новые, значительно более резкие ноты, которые зазвучали как слева, со стороны лейбористов, так и справа, со стороны консерваторов. В результате уже в ходе дополнительных парламентских и местных выборов 1972 - 1973 гг. заметно подскочило число голосов, получаемых "третьими" партиями, и прежде всего либералами и шотландскими националистами. Рост популярности этих партий был зафиксирован и опросами общественного мнения. Общий уровень поддержки "третьих" партий поднялся с 6 - 10% в 50 - 60-е годы до 30 и более процентов9 .

В политических и научных кругах в тот период начинает широко дебатироваться вопрос о создании дееспособной "партии центра", которая собрала бы под свои знамена недовольных обеими главными партиями избирателей и явилась стабилизирующим фактором в британской политике10 . Сторонники этой идеи полагали, что помимо либералов в такую партию могла бы влиться часть членов и сторонников обеих главных партий, придерживающихся "умеренных" позиций. Правда, на выборах 1974 г. "третьи" партии собрали меньший, чем они надеялись, процент голосов. Тем не менее им удалось заручиться поддержкой примерно четверти всех избирателей. Либералы получили на выборах в феврале 1974 г. 19,4% голосов, и в октябре того же года - 18,3%11 . Таким образом, хотя в политическом курсе правительств в первой по-


8 См. Байкова А. Н. Британские профсоюзы и классовая борьба (вторая половина 60-х -начало 70-х гг.). М. 1976, с. 182 - 189.

9 The Times, 30.IX.1972; см. также: Горбик В. А. Английские либералы: проблемы "третьей" партии. В кн.: Проблемы британской истории. 1980. М. 1980.

10 См., напр., Finer S. (ed.). Adversary Politics and Electoral Reform. Lnd. 1975.

11 State and Society in Contemporary Britain. Lnd. 1984, p. 261. Октябрьские выборы 1974 г. были назначены лейбористами ввиду того, что они получили в феврале только относительное большинство в палате общин. Но и выборы в октябре дали им абсолютный перевес всего в три места, который уже к 1977 - 1978 гг. был сведен на нет из-за потерь на дополнительных выборах.

стр. 52


ловине 70-х годов и не произошло достаточно кардинальных сдвигов, в целом политическая арена Великобритании начала довольно ощутимо утрачивать свою прежнюю устойчивость, а ее партийно-политическая система - четко выраженный двухпартийный характер.

Несмотря на распространившийся и в научных и в политических кругах скептицизм относительно возможности далеко идущих перемен в британской политике, и в консервативной и в лейбористской партиях были достаточно влиятельные силы, считавшие, что постигшая правых и левых радикалов неудача произошла отнюдь не в результате "нежизненности" предлагавшегося ими курса, а лишь из-за непоследовательности сил, взявшихся за его проведение, из-за недостаточной идеологической, политической и организационной подготовки к нему. В условиях, когда только что пришедшее к власти лейбористское правительство стало пусть и непоследовательно, но осуществлять ряд мер, идущих навстречу интересам масс, недовольство существующим положением дел, естественно, концентрировалось в правом, буржуазном лагере, который уже вскоре после выборов пытался перегруппировать свои силы и перейти в контрнаступление. Влиятельные буржуазные круги не только раздражали реформистские эксперименты и "политика согласия", проводимая лейбористами. Все сильнее становится также недовольство тем, что Хит и его соратники "упустили" представлявшуюся им возможность решительного обновления политического курса и тем самым способствовали ослаблению позиций консервативных сил, приходу лейбористов к власти. Неудивительно, что эти настроения вылились в быстро растущую оппозицию Хиту внутри консервативной партии и, как известно, привели к занятию поста ее лидера М. Тэтчер.

И сам вызов, брошенный Хиту его соперниками и развернувшаяся затем борьба за пост лидера консервативной партии носили отнюдь не личный, а политический характер. Хит обвинялся не в слабости, некомпетентности и т. п., а именно в отступлении от согласованного курса, в нежелании его проводить. Что же касается его противников, то развернутая ими кампания имела целью опять-таки не просто замену лидера, но и перевод партии на последовательно праворадикальную платформу. Как признавался в апреле 1974 г. один из наиболее активных сторонников изменения прежнего курса тори, К. Джозеф, только теперь, после 18 лет пребывания в парламенте, он был обращен в истинно консервативную веру12 . Анализ поведения ряда других правоконсервативных деятелей, и в том числе Тэтчер, показывает, что, несмотря на их давнюю принадлежность к правому течению партии, решающий сдвиг в их сознании и поведении также произошел в тот в чем-то поворотный период. Знаменательно, что выступавший с середины 60-х годов в качестве активного пропагандиста "свободного предпринимательства" Э. Пауэлл не смог тогда обрести сколько-нибудь значительной поддержки и рассматривался скорее как одиозная фигура, находящаяся на крайне правом фланге партии13 .

Обострение борьбы за власть в партии тори совпало с общим довольно резким усилением идейно-политической активности на правом фланге британского истэблишмента. Уже в 1974 г., практически сразу же после поражения партии на февральских выборах, оппозиционными Хиту деятелями Джозефом, Тэтчер создается Центр политических исследований, превратившийся в своего рода мозговой центр праворадикальных сил, фактически противостоявший исследовательскому отделу


12 Seyd P. Factionalism in the Conservatore Party. A Paper for SSRC Conference, Oxford. 1978, p. 8.

13 В 1968 г. после произнесенной Пауэллом расистской речи Хит вывел его из "теневого кабинета" и тем самым положил конец его политической карьере, во всяком случае, внутри партии тори.

стр. 53


при центральном партийном аппарате консерваторов (придерживавшемуся скорее прохитовских позиций). Подобные же позиции отстаивала, причем все более решительно и агрессивно, наиболее идеологизированная предпринимательская организация страны - Институт директоров14 . Объединяя в своих рядах несколько десятков тысяч директоров фирм частнокапиталистического сектора, институт выступал против "чрезмерного" государственного вмешательства в экономику, резко осуждал национализацию, отстаивал "независимость" частного бизнеса, требовал "обуздания" профсоюзов15 .

В более широком плане активизация правоконсервативных сил в тот период нашла свое выражение в создании ряда новых организаций, объединяющих непролетарские слои населения. Самой многочисленной из них стала образованная в июне 1974 г. Национальная ассоциация налогоплательщиков, численность которой всего за полгода достигла 350 тыс. человек. Ассоциация была создана на формально непартийной и даже "неполитической" основе, ее главной целью стала борьба за ограничение резко выросшего при лейбористах местного налогообложения, идущего в основном на покрытие социальных нужд и взимаемого с граждан, которые имеют недвижимость и достаточно высокий уровень доходов. Ассоциация развернула бурную лоббистскую деятельность и во многом способствовала политическому сплочению праворадикальной оппозиции, обретению этой последней организованного и массового характера.

В подобном же формально неполитическом, но фактически неоконсервативном ключе проходила и деятельность таких созданных в том же 1974 г. организаций, как Национальная федерация самостоятельных работников, Ассоциация среднего класса, а также Ассоциация самостоятельных работников. Как отмечают исследователи поведения британского "среднего класса" того периода, намеренное подчеркивание указанными организациями своей политической нейтральности фактически было способом выражения их недовольства "умеренной" линией, проводимой тогдашним руководством тори16 . Своего рода апогеем активности консервативно настроенных слоев и групп стало создание в 1975 г. Национальной ассоциации за свободу (в настоящее время - Ассоциация свободы). Она начала широко практиковать различного рода акции, нацеленные на срыв стачек, стала активно вмешиваться в трудовые конфликты на стороне предпринимателей. Как подчеркивалось в одном из ее документов, ее члены "единодушны в том, что чрезмерная мощь тред-юнионов является самым большим из всех зол, препятствующих процветанию Британии"17 . Ассоциация повела также разнузданную кампанию против "марксистов" в профсоюзах и лейбористской партии, выступала против осуществлявшихся лейбористским правительством отдельных уступок трудящимся, организовывала антисоветские сборища и манифестации, высказывалась в поддержку расистских режимов в Южной Африке. Помимо индивидуальных членов и активистов (всего около 15 тыс. в феврале 1977 г.), в сфере притяжения ассоциации оказались и некоторые из упомянутых выше организаций мелкого и среднего бизнеса, а также ряд реакционных центров, таких, как "Цели свободы и предпринимательства", "Промышленные исследования" и другие. Не имея формальных связей с консервативной партией, ассоциация со всей решительностью поддерживала деятелей


14 Фактически институт является не столько предпринимательской организацией, сколько "клубом", объединяющим предпринимателей правоконсервативной ориентации (Sampson A. The Changing Anatomy of Britain. Lnd. 1983, pp. 216, 337).

15 См. The Director, 1974, July, p. 3; August, pp. 139 - 140, 166; September, p. 284.

16 King R., Ray nor J. The Middle Class. Lnd. 1981, pp. 220 - 224.

17 Morning Star, 2.VII.1977.

стр. 54


ее правого крыла, многие из которых с нею сотрудничали и, по сути дела, составляли ее руководящий костяк.

Деятельность крайне правых сил вне консервативной партии или на "пограничных" с нею территориях сочеталась с возросшей активизацией тех же сил внутри самой партии, и не в последнюю очередь - в ее местных организациях. По свидетельству ряда наблюдателей, именно эти последние стали своего рода эпицентром антихитовской кампании, и их нажим на членов парламента сыграл далеко не последнюю роль в избрании Тэтчер лидером тори и в дальнейшем укреплении позиций неоконсервативного, "тэтчеристского" течения в партии18 . Причиной столь серьезных изменений в сознании и поведении буржуазных и мелкобуржуазных масс стало то, что в отличие от ситуации предшествующих лет, когда при всех трудностях, переживаемых экономикой Великобритании, социальные мероприятия государства и уступки в области заработной платы серьезно не затрагивали их благосостояния, с начала 70-х годов положение начинает радикально меняться.

Рост социальных расходов государства потребовал дальнейшего увеличения подоходного и местных налогов, и только в 1974 г. эти последние увеличились на 30%19 . В еще большей мере, чем рост налогов, на положении указанных слоев стал отражаться рост потребительских цен. Если в 1961 г. среднегодовые темпы его составляли 4,1%, то в 1971 - 1975 гг. - уже 13%, а в 1976 г. - 16,5%. В значительной мере в результате инфляции в 1974 - 1975 гг. произошло абсолютное сокращение потребительских расходов в стране20 , причем сплошь и рядом наиболее сильно оно затрагивало именно средние слои21 . Инфляция превратилась в одну из наиболее острых социальных проблем, и естественно, что вопрос о ее "виновниках", о путях борьбы с нею оказался в центре политических дебатов, во многом определил политические предпочтения различных слоев и групп населения. При этом решающее значение имела не объективная ситуация, а субъективная интерпретация происходящего. Утверждения консервативной пропаганды, что главным виновником инфляции являются профсоюзы, добивающиеся якобы неправомерно высокого роста заработной платы и соответственно вынуждающие предпринимателей взвинчивать цены, подхватывались органами массовой информации, обрушивались на рядового англичанина. Упорство и настойчивость, с которыми профсоюзы отстаивали интересы трудящихся в условиях галопирующей инфляции, высокий уровень стачечной активности также ставились им в вину и вызывали довольно значительный рост антипрофсоюзных настроений. Как показывали опросы общественного мнения22 , такого рода настроения получили широкое распространение не только в буржуазных и мелкобуржуазных массах, но и в других слоях населения, и в том числе в "верхних" слоях рабочего класса, весьма остро ощущавших негативные последствия инфляции и роста налогов.

При всей спонтанности происходившего это отнюдь не была "неуправляемая" активность консервативно настроенных масс. И принадлежность руководства созданных в 1974 - 1975 гг. и существовавших ранее правоконсервативных организаций типа Ассоциации свободы к элитарным группировкам британского общества, и список "доноров" этих организаций, в котором преобладают монополистические корпора-


18 The Times, 11.II, 13.X.1975; Morning Star, 11.II.1975.

19 King R., Raynor J. Op. cit., p. 224.

20 Великобритания. М. 1981, с 157, 163.

21 Bradly I. The English Middle Classes are Alive and Kiking. Lnd. 1982, pp. 161 - 162.

22 Crew I. The Electorate: Partisan Deahgnement. Years Ten On. In: Change in British Politics. Lnd. 1984, pp. 195 - 196.

стр. 55


цин23 , и активнейшая роль "солидной" консервативной печати в деле пропаганды неоконсервативных идей24 , и, наконец, данные о социальном составе руководства местных партийных организаций тори25 - все это говорят о ведущей, руководящей роли "большого бизнеса" в процессе переориентации этой партии в 1974 - 1975 гг. и в последующий период. В то же время активная роль, которую сыграли в этом повороте мелкобуржуазные и буржуазные массы, наложила существенный отпечаток как на дальнейшее развитие консервативной партии, так и на политическую жизнь страны в целом. Эта активизация требовала не только изменений в подходе, программных установках, конкретных требованиях партии, но и новых, более эффективных форм "общения" лидеров с массами, нового языка, нового стиля партийного руководства.

Выше уже говорилось о той роли, которую сыграли местные организации тори в избрании нового лидера партии. Не меньшее значение имела и их позиция в деле определения ее общей линии, укрепления позиций и авторитета деятелей, придерживающихся праворадикальных взглядов. Многочисленные высказывания наблюдателей, материалы прессы свидетельствуют о том, сколь горячий отклик консервативной аудитории получали выступления такого рода деятелей и как холодно и недружелюбно встречала та же аудитория ораторов, настаивавших на "умеренности", предостерегавших против "крайностей" и т. д. и т. п.

Особенностью ситуации, сложившейся в 70-е годы, было то, что обычные для среды мелкого бизнеса "либералистские" настроения, недовольство растущим вмешательством государства в социально-экономическую сферу, осуществляемым, как правило, в интересах крупного капитала, на сей раз получили весьма широкое распространение и в среде этого последнего. Причиной такого недовольства (красноречивым выразителем которого стал упоминавшийся выше Институт директоров) было все более широкое осознание того факта, что в результате все усиливавшейся социально-экономической экспансии государства "соотношение сил" между государством и частным бизнесом смещается не в пользу последнего и что, если не положить конец этой экспансии, может наступить момент, когда государство окажется в состоянии "диктовать" частному бизнесу свою волю. Разумеется, такое единодушие по отношению к "опеке" государства, хотя оно и вызывалось отнюдь не во всем аналогичными причинами, серьезно укрепляло социальную базу неоконсерватизма, единство рядов его сторонников. А это, в свою очередь, создало условия для дальнейшей экспансии "тэтчеризма", обретения им поддержки в других слоях населения. Тем более что находившаяся в тот период у власти лейбористская партия демонстрировала явную неспособность справиться с растущими экономическими трудностями.

После кризиса 1974 - 1975 гг. промышленное производство переживало застой, уровень инфляции достиг поистине невиданных в мирные времена размеров, быстро росла безработица, увеличивалась внеш-


23 См. Labour Research, 1982, N 2, pp. 37 - 42.

24 Ведущая газета консервативного направления "Daily Telegraph" решительно встала на "тэтчеристские" позиции и с того времени последовательно их придерживается.

25 Как свидетельствуют данные эмпирических исследований, на долю представителей "верхушки" приходится 40 - 42% активистов местных партийных организаций тори и 85% их председателей. Что касается этих последних, то только 16% их общего числа принадлежат к мелким предпринимателям и лавочникам. В то же время ровно половина их - это крупные собственники и директора компаний, средние предприниматели, коммерсанты и менеджеры (Butler D., Rinto-Dutchinsky M. The Conservative Elite, 1918 - 1977: Does Unrepresentativeness Matter? Paper, Presented for SSRC Conference. Oxford. 1978, p. 6).

стр. 56


няя задолженность, нарастала волна банкротств. Как уже отмечалось выше, потерпела неудачу попытка лейбористского правительства привлечь профсоюзы к конструктивному сотрудничеству и добиться в обмен на некоторые уступки их согласия на добровольное ограничение роста заработной платы. Когда же оно в 1979 г. попыталось осуществить ту же цель в принудительном порядке в рамках государственного сектора, трудящиеся ответили на это мощной волной стачечных выступлений и фактически сорвали планы "жесткой экономии" за их счет.

Опыт пребывания лейбористов у власти с февраля 1974 г. наглядно показал, что политика умеренного реформизма, проводившаяся в послевоенный период, исчерпала себя и что в условиях углубившейся кризисной ситуации она не в состоянии обеспечить решение ни экономических, ни социальных проблем. И не случайно, отказавшись с самого начала от радикального варианта государственного регулирования26 , лейбористское правительство чем дальше, тем все более явственно стало брать на вооружение методы, предлагавшиеся неоконсерваторами. Подобного рода "сидение на двух стульях", однако, не могло прибавить ему популярности и не было ничего удивительного в том, что на выборах 1979 г. большинство получила консервативная партия, возглавляемая Тэтчер. Преимущество ее в глазах многих избирателей было хотя бы в том, что она располагала четкой политической линией, энергичным и не утратившим еще кредит в обществе руководством. Общая доля голосов, поданных за лейбористов, упала до беспрецедентно низкого в послевоенный период уровня и оказалась равной всего 36,9% (при 43,9% у консерваторов и 13,8% у либералов). Консервативная партия получила 339 мест в парламенте (из 630), что дало ей значительный перевес над всеми другими партиями, вместе взятыми27 .

Неблагоприятный для лейбористов исход выборов 1979 г. способствовал тому, что накопившееся в период пребывания этой партии у власти недовольство выплеснулось наружу, и в ней развернулась ожесточенная фракционная борьба. При этом инициатива была сразу же захвачена левыми, опиравшимися на радикально настроенных членов и активистов в местных организациях и профсоюзах. В отличие от периода конца 60-х - начала 70-х годов борьба завязалась не вокруг программных принципов и установок партии, а вокруг ее организационной структуры, позволявшей партийному руководству и парламентской фракции фактически игнорировать решения, принимаемые партийной конференцией и ответственным перед ней национальным исполкомом. Именно в этом левое крыло видело причины того, что пришедшему в 1974 г. к власти лейбористскому правительству удалось без особых трудностей положить под сукно программу 1973 г. и проводить идущую вразрез с нею политику. В 1979 - 1981 гг. усилиями левого крыла, располагавшего поддержкой большинства делегатов ежегодных конференций партии, были изменены правила избрания лидера партии (он стал выбираться не парламентариями, а коллегией выборщиков, состоящей из представителей местных организаций, профсоюзов и членов парламентской фракции), демократизирована процедура отбора кандидатов в парламент, повышена ответственность членов парламента перед партийными организациями парламентских округов. Одновременно конференции партии приняли резолюции, требующие выхода страны из Общего рынка, одностороннего отказа от ядерного оружия, ликвидации американских баз на территории Англии. Была также утверж-


26 См. Перегудов С. П. Лейбористская партия в социально-политической системе Великобритании. М. 1975, с. 314 - 318.

27 State and Society in Contemporary Britain, pp. 250, 261.

стр. 57


дена новая программа партии, воспроизводившая основные требования и положения программы 1973 года28 .

В ноябре 1981 г. лидером лейбористской партии был избран бывший в течение долгого времени "знаменосцем" левого крыла М. Фут. И хотя в последние годы, особенно в 1974 - 1979 гг. он серьезно скорректировал свои позиции по ряду вопросов и отошел от последовательно левой политической ориентации, его избрание, равно как и общий сдвиг партии влево, были восприняты британским истэблишментом как свидетельство неспособности лейбористской партии и далее выступать в качестве надежной опоры существующих в стране порядков. К подобному же выводу пришли и многие деятели правого крыла внутри самой партии, утверждавшие, что в результате происшедших изменений она отошла от традиций умеренности, "терпимости" и социал-демократизма и перешла на "экстремистские", едва ли не марксистские позиции.

Разумеется, подобные оценки не имели ничего общего с реальностью, и лейбористская партия отнюдь не превратилась из реформистской в революционную. Тем не менее происшедшие в ней изменения действительно всерьез обеспокоили британские правящие круги, поскольку открывали возможность осуществления ряда радикальных перемен во внешней и внутренней политике страны, лишали их уверенности в том, что партия и впредь будет проводить угодную им политику. И совершенно не случайно, что уже спустя несколько месяцев после перехода партии в оппозицию истэблишмент стал активно поощрять линию на раскол партии и создание альтернативной ей "центристской" политической силы. Внутри партии проводником этой линии стала группа высокопоставленных ее деятелей крайне правого толка во главе с Р. Дженкинсом и бывшими министрами Д. Оуэном, Ш. Уильямс и У. Роджерсом. Вне лейбористской партии осуществление данной линии было взято на себя буржуазной прессой, другими влиятельными средствами массовой информации. Как известно, в начале 1981 г. упомянутой группой было провозглашено создание новой, социал-демократической партии (СДП), которая тут же взяла курс на тесное сотрудничество с либеральной партией и уже летом того же года оформила избирательный союз ("Альянс") с нею29 .

Сенсационный успех, который имели партии "Альянса" на дополнительных парламентских выборах 1981 г., результаты многочисленных опросов общественного мнения, согласно которым за них были готовы отдать голоса 35 - 45% избирателей, показали, что в британском обществе действительно существует большой потенциал для деятельности "третьих" партий, их более активного включения в политическую жизнь. Однако недолговременность этого успеха и происшедшее уже в 1982 г. довольно резкое снижение популярности "Альянса", свидетельствовало о том, что реализовать этот потенциал отнюдь не просто, что утративший твердые партийные привязанности избиратель вовсе не склонен прочно связывать свое будущее с новым политическим образованием, особенно когда он видит, что новизна эта весьма относительна и что способность "Альянса" решать вставшие перед страной проблемы далеко не бесспорна.

При всем том происшедший в верхах лейбористской партии раскол серьезно подорвал ее влияние в стране и в то же время отнюдь не уп-


28 Labour Programme 1982. Lnd. 1982.

29 Подробно об этом см.: Проблемы британской истории. 1984. М. 1984, с. 73 - 90. Истории создания новой партии, анализу ее программных и политических установок, социальной базы и отношений с другими партиями страны посвящен ряд работ британских историков и политологов. Наиболее крупные из них: Bradley I. Breaking the Mould? The Birth and Prospects of the Social Democratic Party. Lnd. 1981; Zentner P. Social Democraty in Britain. Must Labour Lose? Lnd. 1982.

стр. 58


ростил ситуацию внутри самой партии. Более того, если вначале внутрипартийная борьба в основном шла между левым и правым крылом, то по мере полевения партии и особенно после образования СДП она перекинулась внутрь самого левого крыла. Произошло то, что довольно часто случалось и раньше, - как только усиливалась внутрипартийная борьба и левые получали свежие подкрепления, часть "традиционного" левого крыла перемещалась к центру, занимала более умеренные, левоцентристские позиции. На сей раз такого рода смещение произошло со значительной частью парламентской группы "Трибюн", которая фактически раскололась. Занимавшие более радикальные позиции члены этой группы во главе с А. Бенном добивались доведения до конца начатых изменений, оттеснения правого крыла от власти в партии. Другая же часть группы считала необходимым поставить во главу угла достижение компромисса с правым крылом, восстановление на этой основе единства партии. Отсюда - ее отказ поддержать в 1981 г. кандидатуру Бенна на пост заместителя лидера, выступления против дальнейшей радикализации партийной программы.

Усилившаяся фракционная борьба давала богатую пищу буржуазной прессе для нападок на "твердых" левых, для изображения положения в лейбористской партии в самых мрачных тонах. Немало вреда наносила репутации партии и активная деятельность троцкистских группировок. В ряде местных организаций они, воспользовавшись сужением активного ядра и общим ослаблением дееспособности этих организаций, стали едва ли не хозяевами положения30 , и отношение к ним также стало предметом острых разногласий в партийных рядах. Внутри партии усиливалось недовольство положением дел в ней, что, естественно, не могло не сказаться на ее численности. Количество индивидуальных членов ее уменьшилось с 350 тыс. в 1980 г. до 300 тыс. в 1982 году. Снизилось и число коллективных членов (с 6 млн. 260 тыс. в 1978 г. до 6 млн. 190 тыс. в 1982 г.31 ) главным образом в связи с начавшимся уменьшением численности профсоюзов, связанным с экономическим застоем и ростом безработицы.

Острая внутрипартийная борьба отвлекала интеллектуальные силы лейбористской партии от дальнейшей разработки ее идейно-теоретической платформы, совершенствования политической тактики. В условиях, когда консерваторы достаточно резко изменили свою прежнюю ориентацию и повели борьбу за избирателя, выдвинув ряд новых или обновленных идей и положений, лейбористы по-прежнему полагались на свой старый "багаж" и проявляли почти полное безразличие к его обновлению. И это при том, что, как уже отмечалось, во второй половине 70-х годов обнаружилась полная недееспособность основанной на традиционном подходе политики. Тупик, в который зашла политика правительства Вильсона в 1975 - 1976 гг., во многом объясняет причины его столь неожиданной для многих отставки. Не случайно, объясняя ее мотивы, он делал упор на необходимости для партии иметь лидера, который был бы более, чем он, свободен от приверженности к устоявшимся путям и способам решения возникающих проблем32 .

Сменивший его в марте 1976 г. на посту премьер-министра Дж. Каллагэн кое в чем действительно смог отойти от традиционной лейбористской ортодоксии. Однако этот отход в основном выразился в том, что возглавляемое им правительство пошло еще дальше, чем кабинет Вильсона, на уступки большому бизнесу и международному финансово-


30 См. Tribune, 22.VI.1984, р. 8.

31 Report of the Annual Conference of the Labour Party. Lnd. 1979, p. 98; Report of the Annual Conference of the Labour Party. Lnd. 1983, p. 1; The Times, 26.III.1982; 26.IV.1983.

32 The Times, 17.III.1976.

стр. 59


му капиталу, довольно решительно встало на путь проведения политики "жесткой экономии", а также заключило "пакт" с либералами, обязавшись в обмен на их поддержку в парламенте не проводить дальнейшей национализации и других "социалистических" мер. Однако крен вправо в практической политике лишь сделал еще более наглядной утрату лейбористской партией четких ориентиров политического поведения, способствовал росту недовольства и разочарования среди ее членов и сторонников, усилению внутрипартийных разногласий.

Создавшийся в конце 70-х - начале 80-х годов идейно-теоретический застой, был, однако, не только результатом субъективных просчетов и упущений. Он явился и следствием и проявлением глубокого кризиса тех ценностей, идей и ориентиров, которые составляли основу идеологии лейборизма и ядром которых были фабианско-кейнсианские концепции государственного вмешательства в экономику и социальные отношения. Лейбористы оказались не в состоянии выйти за пределы данного круга идей и подходов, и именно в этом заключалась главная причина их пассивности. Широко распространившийся в тот период в массах антиэтатистский настрой, несмотря на содержащийся в нем немалый демократический потенциал, был без какого-либо сопротивления со стороны лейбористов практически полностью использован консерваторами, нажившими на этом немалый политический капитал и без особого труда завоевавшими идейно-политическую гегемонию в британском обществе.

Ничего не смогли лейбористы противопоставить и довольно успешным попыткам консерваторов насаждать и использовать в своих интересах настроения "социального эгоизма" в определенных слоях рабочего класса, среди других категорий трудящихся. Эти настроения проявились в основном в недовольстве ростом социальных расходов государства, в более критическом отношении к профсоюзам, якобы выступающим с "чрезмерными" требованиями, в нежелании участвовать в акциях солидарности и т. д. Начавшееся в тот период снижение численности профсоюзов, а также довольно резкое уменьшение стачечной активности, связанные в основном с кризисными явлениями в экономике и отражавшие общий спад и "замешательство" в рабочем движении33 , естественно, были тут же использованы консерваторами для наступления на права профсоюзов, осуществления других антирабочих мероприятий. Иначе говоря, консерваторам удалось не только разобщить рабочий класс политически, но и одновременно существенно ослабить ту его часть, по которой наносился главный удар.

Особенно остро обнаружилось ослабление влияния лейбористов в массах в ходе фолклендского конфликта и в последующий за ним период, когда партия консерваторов и ее руководство сумели использовать успех реакционной, империалистической акции для разжигания националистических, шовинистических настроений в стране. Показательно, что только "твердое левое" крыло партии решительно осудило действия правительства по "освобождению" Фолклендских (Мальвинских) островов. Что же касается большинства парламентской фракции и "теневого кабинета", то они, высказываясь за переговоры, в то же время и формально (при голосовании в парламенте), и фактически поддержали правительственную политику. Неудивительно, что такого рода линия лишь усугубила и без того неблагоприятную для лейбористской партии ситуацию. Пребывавший какое-то время в скрытом виде ее идейно-политический кризис перерос в открытый кризис доверия и стал, что называется, достоянием гласности.

Итоги состоявшихся 9 июня 1983 г. всеобщих парламентских выбо-


33 Morning Star, 30.X.1982.

стр. 60


ров достаточно точно зафиксировали создавшееся в 1982 - 1983 гг. соотношение партийно-политических сил в стране, дисбаланс, который обнаружился во влиянии двух главных политических партий, раскол, происшедший в лагере оппозиции. Если консерваторам: удалось сохранить достигнутый в 1979 г. уровень поддержки (доля полученных ими голосов снизилась всего на 1,5% - с 43,9 до 42,4%), то доля голосов, поданных за лейбористов, уменьшилась до небывало низкой отметки - 27,6%. Если уровень поддержки в 1979 г. (36,9%) был рекордно низким за весь послевоенный период, то результат 1983 г. - самым низким с 1918 года. Величина же падения доли голосов в сравнении с предыдущими выборами - самая значительная за всю историю партии. Что касается партий "Альянса", то они получили 25,4% голосов, почти в 2 раза больше, чем удалось завоевать либералам в 1979 г. (13,8%), и всего на 2,2% меньше, чем было подано на этот раз за лейбористов34 . Таким образом, фактически голоса оппозиции оказались расколотыми едва ли не поровну между "старой" лейбористской партией и новым центристским блоком. Правда, что касается распределения мест в парламенте, то благодаря мажоритарной системе лейбористы смогли удержать за собой подавляющее число мест на скамьях оппозиции (209 при всего 23 у партий "Альянса").

Однако никакая избирательная система не могла замаскировать того факта, что лейбористская партия потерпела тяжелейшее поражение, что ее избирательный корпус сузился до крайних пределов и что под вопрос была поставлена самое ее способность оставаться потенциально правящей. Серьезность ситуации, в которой очутилась партия, становится особенно очевидной при анализе итогов выборов с точки зрения того, кто же конкретно отказал ей на этот раз в доверии. Согласно проведенным в день выборов обследованиям, количество поданных за лейбористов голосов резко уменьшилось не только среди лиц, принадлежащих к верхушке общества и средним слоям, но и среди тех, кто традиционно отдавал им свои голоса, т. е. среди основной массы трудящихся. Впервые за весь послевоенный период консерваторы сравнялись с лейбористами по числу проголосовавших за них рабочих. Каждая из этих партий получила по 37% голосов избирателей этой категории, партии "Альянса" - 26%. Еще более разительные результаты выявило обследование голосования квалифицированных рабочих, являвшихся, как известно, традиционно основной социальной опорой лейбористского реформизма. На сей раз эта прослойка рабочего класса в своем подавляющем большинстве отдала предпочтение консерваторам и "Альянсу", за которых проголосовало в общей сложности свыше 2/3 лиц данной категории (соответственно 38 и 30%). За лейбористов же было подано всего 32%35 .

Аналогичная картина вырисовывается и при анализе голосования членов профсоюзов. И среди этой категории трудящихся лейбористы в 1983 г. не смогли получить даже половины голосов, собрав всего 39%. Для сравнения можно заметить, что в 1964 г. за них голосовало 73% тред-юнионистов, в 1966 г. - 71%, в 1970 - 66%, 1974 - 55% и 1979 - 51%. Однако, как и в случае с квалифицированными рабочими, основная часть перешедших от лейбористов голосов досталась не консерваторам, а партиям "Альянса". Тори получили 32% голосов членов профсоюзов (в сравнении с 33% в 1979 г. и 22 - 30% в 1964-м), т. е. на 1% меньше, чем в 1979 г., тогда как социал-демократы и либералы - 28% - на 15% больше, чем либералы в 1979 г. (в среднем процент получаемых либералами голосов тред- юнионистов составлял


34 Public Opinion, 1983, June - July, p. 7.

35 The Times, 11.VI.1983; Morning Star, 20.VI.1983.

стр. 61


4 - 6% в 1964 - 1970 гг. и 13 - 15% в 1974 - 1979гг.)36 . Значительно большим успехом могли похвастаться консерваторы среди тех рабочих, которые в годы "просперити" приобрели собственные дома, переехали в пригороды и фактически оторвались от традиционной рабочей среды. За лейбористов проголосовало всего 28% рабочих, имеющих собственные дома. Столько же получили среди них и партии "Альянса". Зато консерваторам удалось значительно превзойти как тех, так и других и получить почти половину (47%) их голосов37 .

Пропаганда идей "нации собственников", равно как и конкретные шаги, нацеленные на их реализацию38 , принесла консерваторам вполне ощутимые дивиденды и позволила им достаточно глубоко вторгнуться в лейбористский электорат. Есть все основания полагать, что и среди рассмотренных выше двух других групп (квалифицированные рабочие и члены профсоюза) львиную долю голосовавших за консерваторов составила именно эта, наиболее "преуспевающая", часть рабочего класса. Подобный вывод подтверждается косвенным образом тем, что поддержка, оказанная лейбористам "низшими" категориями рабочего класса, намного превзошла ту, которая была оказана консерваторам (соответственно 43% и 33%)39 . Хотя и здесь лейбористы не смогли привлечь на свою сторону даже половины избирателей. Лишь среди обитателей муниципальных домов лейбористская партия получила более половины (55%) голосов40 . Утратив значительную часть поддержки рабочих, лейбористы не компенсировали ее за счет других отрядов трудящихся. Более того, процент голосовавших за них низших служащих, объективно являющихся частью рабочего класса, составил всего 17%, а доля поддержавших их лиц "среднего класса" оказалась равной 11%, т. е. снизилась на 50% против 1979 года41 .

Следствием столь резкого сужения социальной опоры лейбористской партии явилось не менее разительное сокращение ее территориальной базы. Относительно прочными бастионами лейборизма остались лишь традиционные промышленные районы Шотландии, Уэльса и Северной Англии, где преобладают старые, терпящие острый кризис отрасли - угольная, металлургическая, машиностроение. Что же касается районов Южной и Средней Англии, где в основном расположены новые отрасли промышленности, а также предприятия и учреждения сферы обслуживания, то здесь лейбористские кандидаты, как правило, оказались не в состоянии занять вторые места и более чем в 100 округах не смогли вернуть даже избирательский залог42 . Концентрация лейбористских избирателей на сравнительно узких территориях помогла им при существующей избирательной системе избежать сокрушительного поражения и провести непропорционально большое число кандидатов в парламент. Но она же поставила под вопрос влияние партии на значительной части территории страны, причем наиболее перспективной в экономическом и социальном плане.

В свете изложенных выше фактов и обстоятельств, казалось бы,


36 Trade Unions in British Politics. Lnd. 1982, p. 299; New Society, 1.IX.1983, p. 311.

37 Political Quarterly, 1983, N 4, p. 347.

38 В соответствии с обязательствами своего предвыборного манифеста, консерваторы провели в 1980 г. через парламент закон, разрешающий на сравнительно легких условиях жителям принадлежащих муниципалитетам квартир и домов выкупать их и становиться, таким образом, их хозяевами. По данным на 1984 г., в течение последующих лет около 600 тыс. семей, т. е. примерно 1/10 всех проживающих в муниципальных домах, воспользовались этим правом (Economic Affairs, 1984, N 2, pp. 25 - 28). Общий процент лиц, проживающих в собственном доме, возрос с 48% в 1971 г. до 55,7% в 1981 г. и 62% в начале 1984 г. (ibid.; The Times, 1.VII.1982).

39 Development in British Politics. Lnd. 1984, p. 35.

40 Public Opinion, 1983, June - July, p. 9.

41 Development in British Politics, p. 35.

42 Sampson A. Op. cit., p. 115.

стр. 62


обоснованно звучат выводы о "глубоком расколе лейбористской базы", вызванном созданием СДП, к которым приходят некоторые британские политологи43 . Однако выводы эти не учитывают всего своеобразия ситуации, сложившейся в результате выхода социал-демократов из лейбористской партии и оформления их в самостоятельную партию. Остается фактом, что, завербовав примерно десятую часть парламентской фракции и переманив на свою сторону значительную часть электората лейбористов, лидерам СДП не удалось "увести" ни одной из местных организаций и ни одного входящего в лейбористскую партию профсоюза. Крайне мало перешло к ним и рядовых членов этих организаций. Согласно проводившимся обследованиям, процент бывших лейбористов среди членской массы СДП весьма невелик, ее основная часть ранее не имела твердых партийных привязанностей44 . Констатация этого факта, который опровергает тезис о расколе всей лейбористской партии, важна хотя бы потому, что показывает ограниченный, неокончательный характер размежевания, происшедшего в рядах лейбористов и их сторонников. Она также указывает на своего рода "полууспех" той линии на создание дееспособной "партии центра", которая проводилась после выборов 1979 г. влиятельными кругами британского истэблишмента.

Настоящий раскол лейбористской партии, на который и была нацелена вся эта линия, действительно привел бы к необратимым последствиям для нее и отбросил бы ее на "обочину" политической жизни. В условиях же, когда этого не случилось, партия сохраняет реальный шанс на восстановление своих ослабленных позиций. Тем более, что само ее поражение на выборах 1983 г. и его масштабы были во многом обусловлены факторами чисто конъюнктурного свойства, связанными как с общей политической ситуацией в стране ("фолклендский фактор"), так и с неурегулированностью внутрипартийных отношений. Иначе говоря, несмотря на вполне определенные успехи раскольнической тактики правых и центристских сил, процесс фрагментации антиконсервативных сил оказался заторможенным, и вопрос о том, какова же будет ближайшая альтернатива "тэтчеризму", остался нерешенным. И в этом - основное своеобразие политической ситуации в стране после выборов 1983 года. Как лейбористскую партию, так и партии "Альянса" явно не устраивает статус-кво, и каждая из них полна решимости повернуть ход событий в свою пользу.

Сказанное выше о ситуации в лейбористской партии и ее массовой базе не оставляет сомнений в том, сколь сложные проблемы перед ней встали. Правда, часть этих проблем уже начала решаться. В лице Н. Киннока, избранного осенью 1983 г., партия имеет нового, энергичного лидера, преисполненного стремления восстановить ее единство и боеспособность. И в этом плане сделано немало. Несмотря на сохранение и даже обострение разногласий между правым и левым крылом по ряду вопросов внутренней и внешней политики, все же главный упор делается на борьбе против общего противника, т. е. консервативного правительства Тэтчер. Создалась более благоприятная обстановка для модернизации лейбористских установок и требований. Предпринимаются попытки заново сформулировать позиции партии по таким вопросам, как национализация (в частности, ввести новые, более соответствующие современным условиям ее критерии)45 , вернуться к разра-


43 Gamble A. Thatcher. The Second Coming. - Marxism Today, 1983, July, p. 10.

44 New Society, 8.IX.1983, p. 351.

45 Автор одного из таких предложений, Д. Томас, пишет, например, что при разработке программы национализации лейбористы должны исходить прежде всего из экономической и социальной целесообразности. При таком подходе, подчеркивает автор, встает вопрос о национализации банков (не предусматривавшейся в предвыборном

стр. 63


ботке идей кооперативного и муниципального социализм а, разработать меры по демократизации государственного управления46 .

Опубликованы предложения лейбористской исследовательской группы по жилищному вопросу. Исходя из анализа ситуации, она пришла к заключению, что лейбористы позволили консерваторам "взять на вооружение потенциально выигрышную тему "свободы и контроля", и что в результате им удалось противопоставить квартиросъемщикам обладателей собственных домов, привлечь на свою сторону этих последних, а также лиц, желающих стать домовладельцами. Группа предлагает иное решение, а именно - значительное расширение прав квартиросъемщиков при одновременном сохранении для них возможности приобретения муниципальной квартиры ИЛИ дома в собственность. Она отвергает как односторонние и нереалистичные и позицию некоторых левых, считающих, что собственность на жилище должна со временем исчезнуть47 , и позицию правых, предлагающих фактически заимствовать путь решения вопроса, на который встали консерваторы48 .

Разумеется, деятельность по модернизации лейбористских программных установок отнюдь не носит "нейтрального" характера и проходит в обстановке противоборства между левым и правым крылом партии (хотя и носит более приглушенный, нежели прежде, характер). Сложившееся после выборов соотношение сил в "теневом кабинете" и национальном исполкоме49 , "прагматические" наклонности нового лидера, разногласия внутри самого левого крыла - все это, казалось бы, делает неизбежным сравнительно далеко идущий дрейф лейбористской партии вправо. Тем более, что часть ее руководства видит главную причину неудач партии в слишком тесной, на их взгляд, идентификации ее с "традиционным" рабочим классом и профсоюзами и была бы непрочь резко ослабить существующие связи. Как заявил в начале 1984 г. заместитель лидера лейбористов Р. Хаттерсли, на место существующей "коалиции интересов" (между партией и союзными с ней силами) необходимо создать "коалицию идей"50 .

Однако все ли здесь зависит от субъективных устремлений правого крыла лейбористов и всех тех, кто видит пути преодоления кризиса доверия и восстановления дееспособности партии в ослаблении ее связей с "традиционным" рабочим классом и рабочим движением? Такого рода линию, как показывает исторический опыт, реформистским партиям сравнительно легко проводить в обстановке относительного "затишья" в классовой борьбе, социально-политической пассивности рабочего и профсоюзного движения. Сразу после выборов 1983 г. деятели правого крыла еще имели какие-то основания рассчитывать на такого рода пассивность. Однако закономерности капиталистического развития


манифесте и других программных документах партии) и одновременно может сократиться список ранее намеченных к национализации предприятий (New Socialist, 1983, July - August, pp. 16 - 18).

46 См. The Times, 5.IV.1984, p. 10; New Socialist, 1984, July - August, pp. 10 - 17.

47 Согласно данным опросов 1983 г., 77% британских семей рассматривали обладание собственным домом или квартирой как "свой идеал" (в 1975 г. эта доля была равна 69%). Число квартиросъемщиков муниципальных домов, которые надеются стать домовладельцами в течение ближайших 10 лет, увеличилось с 62% в 1975 г. до 78% в 1983 году. По прогнозам специалистов, процент владельцев собственных домов и квартир в течение ближайших 10 лет поднимется с 62 до 70 (Economic Affairs, 1984, N 2, pp. 25 - 27).

48 Morning Star, 22.III.1984.

49 После того, как левые на конференции 1983 г. утратили большинство в национальном исполкоме, этот орган потерял значительную часть прежнего политического веса и уже не противостоит "теневому кабинету" и парламентской фракции с их правым большинством, как это было в конце 70-х - начале 80-х годов, а скорее "дополняет" их.

50 The Times, 16.I.1984.

стр. 64


взяли свое, и, как известно, с весны 1984 г. в стране наблюдается новый тур обострения классовой борьбы. Продолжавшаяся почти год стачка шахтеров явилась наиболее крупным, но далеко не единственным его проявлением. Забастовка продемонстрировала, сколь велик потенциал борьбы и сопротивления, которым обладают рабочее и профсоюзное движение. И хотя он не был полностью мобилизован из-за саботажа правореформистских лидеров и горняки вынуждены были вернуться на работу, не добившись уступок от правительства, стачка лишь укрепила решимость левых сил продолжать борьбу. Как писали в "Morning Star" 18 марта 1985 г. руководители забастовки, "мы считаем, что... рабочее движение выиграло от этого исторического события, и что наша будущая борьба станет в результате еще сильнее". В более широком плане в результате давления со стороны левых сил и роста политической активности профсоюзов с весны 1985 г. наблюдается своего рода "встречное движение" лейбористской партии и тред-юнионов, нацеленное на укрепление существующих связей между ними, вовлечение в более активное участие в партийной жизни рядовых тред- юнионистов.

Главная особенность новой ситуации - изменение настроений в рабочем и профсоюзном движении в целом, неприятие линии на "конструктивное сотрудничество" с консерваторами, взятой после выборов правыми профлидерами. И хотят того правые деятели лейбористской партии или нет, они вынуждены реагировать на эти новые настроения, умерять свои ревизионистские устремления. Нельзя забывать также об "исторической миссии" реформизма вообще и его лейбористской разновидности в частности, которая заключается в том, чтобы "гасить" революционные настроения в рабочем классе, ослаблять влияние его революционных организаций. Какие бы трудности ни переживала лейбористская партия, как бы ни стремилось ее правое крыло ослабить связи с организованным рабочим движением, реализация такого рода замыслов означала бы для них открытие пути для заполнения образовавшегося вакуума другими силами и организациями с непредсказуемыми последствиями и для самого рабочего движения и для социально-политического развития страны в целом. Что бы ни писали и ни говорили авторы модных на Западе концепций, в соответствии с которыми якобы время рабочего и профсоюзного движения миновало51 , что оно едва ли не сходит на нет, а на его место уже претендуют "новые социальные движения", реальные политики, те, кто имеет дело с действительными процессами, идущими в обществе, прекрасно отдают себе отчет в тех потенциях, которые сохраняет это движение, и в той отнюдь не периферийной роли, которую оно продолжает играть в политической жизни.

Что же касается массовых демократических движений, то они отнюдь не противостоят рабочему движению, а напротив, развиваются в тесной взаимосвязи с ним. Наиболее крупной и влиятельной силой в массовом демократическом движении Великобритании является движение борцов за мир, оказывающее серьезное воздействие и на политическую ситуацию в стране в целом и на положение в лейбористской партии в частности. Хотя оно не имеет организационных связей с партией, в него вовлечена значительная часть и лейбористского и профсоюзного актива, многие видные деятели левого крыла лейбористской партии и тред-юнионов. Свою массовую поддержку антивоенное движение и его наиболее массовая организация - Движение за ядерное разоружение - традиционно черпают из среды, на которую опираются


51 Gortz A. Farewell to the Working Class: An Essay on Postindustrial Socialism. Lnd. 1982.

стр. 65


лейбористы52 . И отнюдь не случайно, что подъем антивоенного движения и рост антивоенных настроений в стране совпал с принятием сначала национальным исполкомом, а затем и ежегодной конференцией лейбористской партии развернутого документа "Оборона и безопасность для Британии"53 , в котором партия обязуется в случае прихода к власти осуществить одностороннее ядерное разоружение страны и удалить с ее территории американские базы, оснащенные ядерным оружием.

Возросшая активность и рабочего и демократического движений, таким образом, побуждают лейбористскую партию занимать более четкие позиции и более решительно противостоять консервативным силам. Хотя одновременно не ослабляют своей активности и те силы в партии, которые делают ставку на завоевание "колеблющегося" избирателя и склонны добиваться этого путем постепенной "дерадикализации" лейбористских программ. Именно благодаря воздействию этих сил поддержка партией забастовки горняков носила половинчатый характер, и только ее левое крыло решительно и безоговорочно встало на их сторону.

При всем том сама логика политической борьбы в условиях обостряющихся социально- классовых антагонизмов все сильнее сталкивает лейбористов и консерваторов, усиливает соперничество между ними. При этом инициатива в обостряющемся противоборстве начинает все более явственно ускользать из рук консерваторов и переходить к лейбористам. Попытки тэтчеристского руководства тори решить экономические проблемы страны методами, приводящими к усилению социальных контрастов, наступление на жизненный уровень наиболее незащищенных групп населения, сохранение массовой безработицы, упадок систем социального обслуживания, рост военных расходов и, соответственно, налогообложения, рост авторитарных тенденций - все это ослабляет влияние "тэтчеризма", приводит к усилению разногласий внутри консервативной партии54 , общему росту недовольства в стране внутренней и внешней политикой правительства тори. Уже спустя несколько месяцев после выборов по уровню популярности лейбористы практически сравнялись с консерваторами, а с весны 1985 г. стали довольно уверенно опережать их. На состоявшихся в мае выборах в местные органы власти за консерваторов проголосовало на 10% избирателей меньше, чем на всеобщих выборах 1983 года. В то же время поддержка лейбористов возросла на 9%55 . Поощренное этим, лейбористское руководство усиливает атаки на правительство Тэтчер, вынуждает его сплошь и рядом переходить к обороне. Не добавляют популярности консерваторам, естественно, сохраняющие свою остроту национальные и расовая проблемы, и в первую очередь ольстерский кризис. Как известно, все попытки задушить сопротивление освободительного движения в Северной Ирландии с помощью грубой силы терпят провал, ра-


52 См. Жигалов И. И. Миролюбивые силы Великобритании в борьбе против военной опасности и ядерного вооружения. В кн.: История антивоенного движения в капиталистических странах Европы (1945 - 1976). М. 1981.

53 Defence and Security for Britain. Lnd. 1984.

54 Одним из проявлений роста оппозиции "тэтчеризму" внутри консервативной партии явилось создание в мае 1985 г. группы "передового центра" во главе с бывшим министром иностранных дел Ф. Пимом. Группа насчитывает в своем составе около 30 членов парламента и ставит своей целью добиться изменений в политике правительства, направленных на более активное вмешательство государства в социально-экономическую сферу, возвращение к политике "социального партнерства", принятие действенных мер по сокращению безработицы. Как заявил Пим, высказываемые им суждения разделяются руководством Конфедерации британской промышленности (являющейся основной предпринимательской организацией страны), высшим менеджментом ряда крупнейших промышленных корпораций (The Times, 15.V.1985).

55 Ibid., 4.V.1985.

стр. 66


стет солидарность английского рабочего класса с борьбой североирландских трудящихся56 .

Снижением престижа консерваторов пытаются воспользоваться и партии "Альянса", и особенно СДП, существенно изменившая свою линию после выборов. Не рассчитывая на прирост голосов за счет лейбористов, лидер этой партии Д. Оуэн стал все более настойчиво выдвигать идеи, во многом сходные с идеями "тэтчеризма", хотя и не идентичные им. В его речах и статьях, одна из которых, кстати, опубликована в правоконсервативном журнале57 , пространно говорится о "преимуществах" рыночной экономики, ориентации на "личную инициативу", конкуренцию и "личный успех", проводится идея селективности социальных услуг государства, которыми, в основном, должны пользоваться лишь те, кто не в состоянии "обеспечить себя сам". Смещается вправо и внешнеполитическая ориентация СДП. Если в 1982 г. она еще выступала (хотя и с оговорками) против размещения американских ракет среднего радиуса действия в стране, то с осени 1983 г. фактически сняла свои возражения. Подобного рода линия, которую буржуазная печать квалифицировала как "тэтчеризм с человеческим лицом", нацелена на "улавливание" голосов консервативных избирателей, для которых, как полагают лидеры СДП, лейбористская партия выглядит слишком радикальной. Иначе говоря, если в первый период после создания СДП главной в ней была левоцентристская ориентация (в расчете на членов и избирателей лейбористской партии), то после выборов она становится все более отчетливо правоцентристской. Как не без ехидства заметил еженедельник "The Economist", дрейф СДП вправо привел к положению, когда либеральная партия выглядит "более социал-демократичной", нежели партия, присвоившая себе этот титул58 .

Изощренное маневрирование СДП и ее лидеров - не только следствие их политического оппортунизма. Оно также стимулируется ситуацией, в которой оказалась эта партия после эйфории 1981 - начала 1982 г., когда разочарованный в обеих главных партиях избиратель колебнулся (но, как оказалось, ненадолго) в ее сторону. "Полууспех" СДП в деле внесения раскола в ряды лейбористов, равно как и резкое снижение числа ее представителей в парламенте в результате выборов 1983 г. (с 23 до 6), серьезно осложнили после выборов и положение самой этой партии, и "Альянса" в целом. Заметно уменьшилась численность СДП59 , усилились настроения в пользу ее слияния с либералами. В партии обостряются разногласия между "пролиберальным" ее крылом (возглавляемым Р. Дженкинсом и У. Роджерсом) и фракцией Д. Оуэна.

Острые внутренние разногласия раздирают и либеральную партию. При всем том она весьма активно заявляет о себе как на общенациональном, так и особенно на местном уровне. Да и социал-демократы, несмотря на все свои нелегкие проблемы, продолжают, что называется, держаться наплаву. Как те, так и другие сохраняют достаточно прочные политические и электоральные позиции. На состоявшихся 4 июля 1985 г. дополнительных выборах в одном из консервативных избирательных округов им даже удалось одержать победу и опередить,


56 Подробно об этом см.: Рабочее движение Великобритании: национальные и расовая проблемы. М. 1982; Орлова М. Е. Рабочий класс Великобритании и освободительная борьба ирландского народа. М. 1983; Грибин Н. П. Трагедия Ольстера. М. 1983.

57 Economic Affairs, 1983, October, pp. 26 - 33.

58 The Economist, 25.V.1985, p. 20.

59 Согласно данным самой партии, ее численность в мае 1984 г. составила около 50 тыс., т. е. снизилась на 25% по сравнению с 1982 годом. Численность партии либералов сохраняется на уровне 150 - 170 тыс. (The Times, 7.V.1984, p. 2).

стр. 67


хотя и не намного, по числу полученных голосов лейбористов. Этот успех, равно как и данные опросов, согласно которым их поддерживает от 25 до 30%, а иногда и большая доля населения, свидетельствует о том, что партии "Альянса" являются серьезным конкурентом лейбористов в борьбе за избирателей, разочаровывающихся в консерваторах.

Представляется, что подобного рода стабильность поддержки "центра" отнюдь не случайна. Рост социальной напряженности, являющийся неизбежным следствием переживаемых Великобританией экономических трудностей, структурной перестройки экономики, а также проводимой консерваторами политики, обусловил сохранение политической поляризации в качестве постоянно или, во всяком случае, длительно действующего фактора политической жизни. А это означает, что создавшееся в "центре" "свободное пространство" также продолжает существовать, но уже с той разницей, что сейчас налицо хотя и не очень сильный, но уже определенно заявивший о себе претендент, который будет бороться за это пространство и постарается не только удержать, но и расширить его. Важный момент, который присутствует в настоящее время, - это, как уже отмечалось, тенденция к снижению популярности консерваторов, что, в свою очередь, не может не усиливать политического соперничества существующих партий. Тем более, что и сами консерваторы отнюдь не помышляют о "передышке" и полны решимости добиваться третьей подряд победы на выборах.

Подытоживая сказанное, можно сделать вывод, что начавшийся в 70-е годы процесс перегруппировки политических сил Великобритании отнюдь не закончился. Продолжается, соответственно, и кризис двухпартийной системы, хотя благодаря действующей избирательной системе он еще не привел к ее крушению. Наблюдающийся длительное время процесс фрагментации политических сил является выражением углубления кризиса британского капитализма, роста социальной напряженности, обострения политического противоборства в стране. На данном этапе эти процессы не привели к укреплению леворадикальных сил, потерпевших серьезное поражение из-за узости массовой базы, на которую они опирались. Однако уже сама по себе "размороженность" ситуации, большая подвижность политических сил, равно как и перспективы дальнейшего обострения социально-классовых противоречий, создают более благоприятные возможности для левых сил, нежели это имело место в 40 - 60-е годы.

Orphus

© libmonster.com

Permanent link to this publication:

http://libmonster.com/m/articles/view/ПОЛИТИЧЕСКИЕ-СДВИГИ-НА-БРИТАНСКИХ-ОСТРОВАХ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Libmonster OnlineContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: http://libmonster.com/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

С. П. ПЕРЕГУДОВ, ПОЛИТИЧЕСКИЕ СДВИГИ НА БРИТАНСКИХ ОСТРОВАХ // London: Libmonster (LIBMONSTER.COM). Updated: 22.08.2018. URL: http://libmonster.com/m/articles/view/ПОЛИТИЧЕСКИЕ-СДВИГИ-НА-БРИТАНСКИХ-ОСТРОВАХ (date of access: 14.11.2018).

Publication author(s) - С. П. ПЕРЕГУДОВ:

С. П. ПЕРЕГУДОВ → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Publisher
Libmonster Online
New-York, United States
81 views rating
22.08.2018 (84 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Keywords
Related Articles
КОНФЕРЕНЦИЯ О СТРОИТЕЛЬСТВЕ СОЦИАЛИЗМА НА КУБЕ
Catalog: Political science 
10 days ago · From Libmonster Online
Рецензии. А. Г. ТАТАРИНЦЕВ. А. Н. РАДИЩЕВ. АРХИВНЫЕ РАЗЫСКАНИЯ И НАХОДКИ
Catalog: History 
10 days ago · From Libmonster Online
Новый источниковедческий метод
Catalog: Military science 
12 days ago · From Libmonster Online
В. А. ТИШКОВ. ИСТОРИЯ И ИСТОРИКИ В США
Catalog: History 
12 days ago · From Libmonster Online
В. Г. РЕВУНЕНКОВ. ОЧЕРКИ ПО ИСТОРИИ ВЕЛИКОЙ ФРАНЦУЗСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ. ПАДЕНИЕ МОНАРХИИ. 1789 - 1792. ЯКОБИНСКАЯ РЕСПУБЛИКА И ЕЕ КРУШЕНИЕ
Catalog: Political science 
12 days ago · From Libmonster Online
С. М. ХЕНКИН. Мелкобуржуазная демократия в Бразилии. 20 - 30-е годы XX века. М. Наука. 1985. 174 с.
Catalog: Political science 
14 days ago · From Libmonster Online
БУРЖУАЗНАЯ ИСТОРИОГРАФИЯ О СТАНОВЛЕНИИ ДВУХПАРТИЙНОЙ СИСТЕМЫ В АНГЛИИ
Catalog: Political science 
14 days ago · From Libmonster Online
ЧИКАГО, 1886 ГОД
Catalog: History 
15 days ago · From Libmonster Online
WAITING FOR INNOVATIONS
Catalog: Other 
20 days ago · From Libmonster Online
ALONG THE ROAD OF INNOVATIONS AND INVESTMENTS
Catalog: Economics 
20 days ago · From Libmonster Online

ONE WORLD -ONE LIBRARY
Libmonster is a free tool to store the author's heritage. Create your own collection of articles, books, files, multimedia, and share the link with your colleagues and friends. Keep your legacy in one place - on Libmonster. It is practical and convenient.

Libmonster retransmits all saved collections all over the world (open map): in the leading repositories in many countries, social networks and search engines. And remember: it's free. So it was, is and always will be.


Click here to create your own personal collection
ПОЛИТИЧЕСКИЕ СДВИГИ НА БРИТАНСКИХ ОСТРОВАХ
 

Support Forum · Editor-in-chief
Watch out for new publications:

About · News · Reviews · Contacts · For Advertisers · Donate to Libmonster

Libmonster ® All rights reserved.
2014-2018, LIBMONSTER.COM is a part of Libmonster, international library network (open map)


LIBMONSTER - INTERNATIONAL LIBRARY NETWORK